Chapter 3: Rising Action
Красные одеяния облегающие тело как магнит сжимали рёбра Амели не давая дышать.
Она стояла перед зеркалом, глядя на своё отражение. Её длинные светлые волосы теперь превратились в аккуратнее каре, ведь не возможно было сделать другую причёску после клинка. На шее красовалось ожерелье из драгоценных камней, каждый из которых как будто впивался в кожу. Но всё это не могло скрыть того, что она была пленницей, и что её жизнь больше не принадлежала ей.
Зара вошла в комнату, её голая голова блестела в свете факелов. Она была одета в синее одеяние, но на её теле оно смотрелось более естественно. Она оценивающе посмотрела на девушку и закатила глаза.
«Ты не понимаешь, Амейли. Мустафа не такой, как другие мужчины. Он не будет просто брать то, что хочет. Он будет играть с тобой, как кошка с мышкой. Он будет дразнить тебя, соблазнять тебя, заставлять тебя хотеть его. И когда ты finally сдашься, он будет смеяться над тобой, потому что ты будешь в его власти».
Амейли вздохнула и села на кровать, обхватив себя руками. «Я не собираюсь сдаваться. Я не позволю ему использовать меня».
Зара усмехнулась.
Её губы, ещё влажные от воды, слегка подёрнулись розовым оттенком. «Ты говоришь так, как будто ты не знаешь, что уже слишком поздно. Мустафа не просто хочет тебя. Он хочет *доминировать* над тобой. И он уже начал.» Она протянула руку и аккуратно взяла руку Амели прикладывая к своей голове «Вот это — знак. Он не хочет, чтобы ты сопротивлялась. Он хочет, чтобы ты *чувствовала* его власть.»
Амели сжала зубы. Она не понимала желает ли Зара ей добра или хочет поскорее избавиться от соперницы.
Но Амейли знала, что не может доверять никому в этом месте. Она была одна против всех, и ей нужно было быть умной и осторожной, чтобы выжить.
— Я не боюсь его власти, — ответила Амейли, пытаясь сохранить спокойствие в голосе. — Я не позволю ему сломить меня.
Зара рассмеялась, как будто услышала что-то очень смешное.
— О, милая, — сказала она, — ты еще не знаешь Мустафу. Он не просто хочет обладать тобой. Он хочет, чтобы ты *желала* его обладания.
И он будет добиваться этого, пока ты не будешь молить о его касании.
Зара протянула руку и, не дожидаясь ответа, начала расчёсывать волосы Амели. Её пальцы были тёплыми и уверенными, но не грубыми. Она знала, что делает.
— Мустафа не любит сопротивление, — шепнула она, — но он обожает покорность. И именно это он ищет в тебе. Станешь повторной и вот увидишь он отпустит тебя.
Но только не сейчас.
Амейли не ответила. Вместо этого она медленно подняла голову, глядя на Зару с холодным, но непокорным взглядом.
— Ты не знаешь, что ты говоришь, — тихо сказала она.
Зара рассмеялась, но её глаза были тёмными, как ночное небо, и в них не было ни малейшего сомнения.
Она медленно положила расчёску и повернулась к Амейли, её движения были грациозными, как у кошки.
— Как хочешь, — прошипела она, её голос был низким и хриплым. — Но помни, что ты в моей власти. И я могу сделать с тобой всё, что захочу.
Амейли не ответила, но её сердце забилось быстрее. Она знала, что не может доверять Заре, но и не могла ничего сделать, чтобы предотвратить то, что должно было произойти.
Амейли чувствовала, как её тело начинает дрожать от напряжения, а дыхание становится прерывистым. Её грудь поднималась и опускалась, как будто она пыталась вдохнуть воздух через узкое горлышко бутылки.
Зара шагнула ближе, её голая голова склонилась над Амейли, и её дыхание смешалось с дыханием принцессы. Запах воды и мыла витал в воздухе, напоминая о том, что они обе только что прошли через этот унизительный ритуал.
Мои предки были шаманами и одарили правителя Абдула мной, а он покорно передал сыну. Мы с Мустафой сливаемся телами уже многие годы и прийдёт время когда я смогу подарить ему наследника.
А тебе сегодня предстоит удовлетворить его, поэтому приготовься ко всем прелестям его народа.
Зара исчезла в мгновении.
Мустафа вошёл в спальню, его взгляд был прикован к Амейли, которая сидела на кровати, обхватив себя руками. Он был одет в черные штаны и ничего больше, его грудь была обнажена, и Амейли не могла не заметить, как его мышцы напряглись при виде ее.
— Встань, — приказал он, его голос был низким и властным.
Амейли медленно встала, ее ноги были слабыми, но она не хотела показывать свою слабость перед ним.
Мустафа шагнул ближе, его взгляд скользнул по ее телу, и она почувствовала, как ее кожа покрылась мурашками. Он протянул руку и коснулся ее щеки, его пальцы были тёплыми и грубыми.
— Ты красива, — сказал он, его голос был низким и хриплым. — Но я не хочу, чтобы ты была просто красивой. Я хочу, чтобы ты была желанной.
Его дыхание было горячим на её лице, и Амейли почувствовала, как её кожа сгорает от его прикосновения.
Он нежно провел пальцами по её щеке, затем по шее, где остался след от клинка. Его глаза были темными и полными жажды, и она поняла, что сопротивление бесполезно.
— Разденься, — повторил он, и на этот раз в его голосе не было угрозы, а только уверенность и жажда.
Амейли не ответила ему сразу. Вместо этого она медленно подняла взгляд на Мустафу, её глаза были полны вызова. Она знала, что он не просто хочет её тело, он хочет её покорность.
Она стала медленно стягивать с себя прилегающую ткань. Сустава стал тяжело дышать и с силой разорвал дорогой щёлк на груди , обнажив её полные, упругие груди. Его взгляд был прикован к её соскам, которые твердели на глазах, и он не смог сдержать стон, когда она наконец сняла одежду и осталась полностью обнажённой перед ним.
— Чёрт, — прошептал он, его голос был хриплым от желания. — Ты такая красивая, Амейли.
Она не ответила, но её дыхание стало учащённым, когда он протянул руку и коснулся её груди.
Его пальцы были тёплыми и грубыми, и она сдержала крик, когда он сжал её сосок между пальцами, сжимая его до боли.
— *Ну что же, принцесса,* — Мустафа склонил голову и облизал её сосок, — *ты не можешь сопротивляться мне вечно.*
Его рот был горячим, и когда он начал сосать, Амейли застонала. Её спина прогнулась, и она не могла сдержать дрожь, когда он переключился на другую грудь.
Его язык кружил вокруг её соска, а затем он взял его в рот, посасывая и кусая, пока она не начала извиваться под ним. Он отпустил её грудь и посмотрел на неё, его глаза были полны желания.
— *Ты хочешь меня, Амейли?*
Она не ответила, но её дыхание было прерывистым, и она знала, что он видит, как её грудь поднимается и опускается. Он протянул руку и провел пальцами по её животу, затем между её ног, где она была влажной и готовой.
Он медленно ввел палец внутрь неё, и она застонала, её бедра начали двигаться навстречу его руке.
— *Ты такая мокрая, Амейли,* — прошептал он, его голос был хриплым от желания. — *Ты хочешь меня так же, как я хочу тебя.*
Она не ответила, но её дыхание стало ещё более прерывистым, когда он добавил ещё один палец, двигаясь внутри неё, нащупывая её точку G. Она извивалась под ним, её ногти впивались в его спину, но он не останавливался.
Он продолжал двигаться внутри неё, его палец нажимал на её точку G, и она застонала, её бедра начали двигаться навстречу его руке.* — повторил он, его голос был хриплым от желания.
Она не ответила, но её дыхание было прерывистым, и она знала, что он видит, как её грудь поднимается и опускается. Он протянул руку и и схватился за её волосы.
Её голова откинулась назад, а её рот раскрылся от неожиданности. Мустафа не стал ждать. Он наклонился и прижал свои губы к её шее, облизав место, где когда-то был след от клинка. Амели вздрогнула, и её тело стало ещё более напряжённым.
— *Ты так красива, когда ты сопротивляешься,* — прошептал он, его дыхание было горячим на её коже.
— *Но я хочу, чтобы ты знала, что ты моя.*
Его пальцы скользнули по её внутренней стороне бедра, затем он медленно раздвинул её ноги, не отрывая глаз от её лица. Амели задрожала, но не отступила. Она знала, что если сдастся сейчас, то уже не сможет остановиться.
— *Посмотри на меня,* — приказал он, и она подняла глаза на него. Его взгляд был тёмным, почти чёрным, и в нём не было ни капли жалости.
Он посмотрел ей в глаза и протянул кинджал.
«Возьми его», — сказал он. Она колебалась, но затем взяла его. «Отрежь волосы», — приказал он. Она колебалась, но затем начала медленно срезать свои длинные светлые волосы. Он наблюдал за ней, его взгляд был прикован к её рукам, которые дрожали от напряжения. Он протянул руку и коснулся её щеки, его пальцы были тёплыми и грубыми.
Амели не могла оторвать взгляда, и не понимала что происходит. Он был так нежен и привлекателен , но в то же время его глаза были полны жестокости и жажды. Она сжала кинжал в руке, и её пальцы дрожали от напряжения.
— *Сделай это,* — прошептал Мустафа, его дыхание было горячим на её щеке. — *Я хочу увидеть, как ты сдашься.*
Амели не могла сдержать дрожь. Она знала, что он не просто хочет её покорность. Он хочет, чтобы она *показала* ему, что она его.
Она подняла кинжал и начала медленно срезать свои длинные волосы.
Её руки дрожали, но она не отступила. Мустафа наблюдал за ней, его глаза были тёмными и полными жажды.
— *Хорошо, принцесса,* — прошептал он, его голос был хриплым. — *Теперь покажи мне, насколько ты хочешь меня.*
Его пальцы скользнули по её плечу, и прикоснулись к обнажённому уху.
Он наклонился ближе, его дыхание было горячим на её шее.
— *Я хочу, чтобы ты кричала моё имя, Амейли,* — прошептал он, его голос был низким и хриплым. — *Я хочу, чтобы ты помнила, кто твой хозяин.*
Его язык проскользнул по её шее, и она почувствовала, как её кожа покрылась мурашками. Он медленно двинулся вниз, его губы и язык оставляли влажный след на её коже.
Он приподнял Амели и они сплелись в нежном соитии.
Его губы нашли её губы, и он начал медленно целовать её, его язык проникал в её рот, исследуя каждый уголок. Амели отвечала на его поцелуй, её язык танцевал с его, и она чувствовала, как её тело начинает гореть от желания.
Мустафа медленно положил её на кровать, его руки скользили по её телу, как будто он изучал каждый изгиб и выпуклость. Он приподнялся над ней, его взгляд был прикован к её лицу, и она видела в его глазах голод и жажду.